😨😨«Слишком много веселья» отправило моего мужа и его любовницу прямо в реанимацию — он даже оплатил всё моей картой. Но когда врач озвучил диагноз для них обоих, это оказалось страшнее, чем измена и счёт, списанный с моего счёта.
Телефон зазвонил в два часа ночи.
Я думала, ошибка. Кто вообще звонит в это время? Но когда услышала слова «неотложка» и «ваш муж», у меня похолодели руки.
— Миссис Беннет? Это госпиталь Святого Луки. Ваш муж, Александр Беннет, поступил к нам этой ночью. Просим приехать.
Машина неслась по пустым улицам, а в голове гудело одно: авария? инфаркт? смерть?
Но истина оказалась грязнее, чем любая из моих догадок.
В палате я увидела его — бледного, растерянного… и рядом женщину. Оливию. Ту самую, про которую я когда-то слышала шепот за спиной. Макияж размазан, блузка расстегнута, глаза — виноватые.
— Оба прибыли с острой болью в животе, — спокойно сказала медсестра. — Вероятно, вызвано… переутомлением.
Он даже не смотрел на меня. А когда я узнала, что за их «романтическое приключение» он заплатил моей картой, — кровь закипела.
Я уже хотела уйти, когда появился врач.
— Миссис Беннет, думаю, вам стоит остаться. Речь идёт о диагнозе… Оба пациента должны его услышать.
Вот тут-то и началась настоящая драма.
😲😱Врач отодвинул занавеску, откашлялся и сообщил новость, от которой Александр и Оливия расплакались.
Новость, которую я не ожидала даже в самом страшном сне…
Продолжение в комментариях. 👇👇
— Мы провели анализы, — сказал врач, стараясь не смотреть ни на одного из нас. — У обоих пациентов — серьёзное пищевое отравление. Но есть ещё кое-что…
Оливия всхлипнула, Александр побледнел ещё сильнее.
— Мы обнаружили следы редкого препарата, используемого в… стимуляторах. Судя по всему, препарат был поддельным. Ваши сердца могли просто остановиться, — добавил врач сухо. — Честно говоря, вам повезло, что вы вообще живы.
Комната наполнилась тяжёлым молчанием.
Я стояла неподвижно, чувствуя, как с каждой секундой во мне что-то леденеет.
Он — мой муж, отец моих детей, — рисковал жизнью ради чужих губ и дешёвого удовольствия.
— Спасибо, доктор, — сказала я тихо. — Думаю, лечение нужно не только телу, но и совести.
Александр попытался что-то сказать, но я подняла руку.
— Не утруждайся. Ты уже заплатил — моей картой, моей верой, моей жизнью.
Я повернулась и ушла, не оглянувшись.
Сзади слышались всхлипы, хлопанье дверей, голоса медсестёр.
А впереди — холодная ночь, свобода и тишина.
На этот раз — моя.
